Наша жизнь

Главная Тула Социализация инвалидов Солнечная ночь Александра Терехова

Солнечная ночь Александра Терехова PDF Печать E-mail
Оценка пользователей: / 12
ПлохоОтлично 
Оглавление
Солнечная ночь Александра Терехова
Отец
Война
Спустя годы
Учеба в МГУ
В Узловой
Стихотворения
Все страницы

Коммунар. 1989. 28 января.

рассказ о поэте

фото Александра Терехова с женой ...Мальчишка очнулся во тьме.

Ночь, из которой вырвался со стоном, стала как будто еще чернее, когда он сквозь боль понял, что ЗДЕСЬ все-таки день и что он совсем ничего не видит.

Дневные звуки этого ЗДЕСЬ хлынули со всех сторон: женские голоса, чей-то стон, девичий не то бабий, тоненький плач. «Это госпиталь, – мучаясь, подумал он. – Женская палата».

И еще сильнее сжали его сердчишко и ночь, и боль, и еще страх, стыд, горечь – он почувствовал, что лежит совсем голый, только окованный гипсовым камнем. Кричать? Невозможно. Бежать? Шевельнуться даже нельзя.

Не помнит он, сколько лежал так – помнит только, как толчками, будто боль из тела, толчками, точно кровь из вены, толчками, словно слезы из слепых глазниц, в нем стали рождаться слова, со стоном прорываясь наружу, в молчание.

«Не на лавке в бабушкиной хате, не на теплой печке у стены, а в холодной девичьей палате умираю, бедный, от войны. Стыдно мне, мальчишке, среди девок, под бинтами голому лежать. Стыдно, стыдно мне, но что же делать? Полумертвый я, нет сил бежать...».

Он знал, что это идут стихи. Во второй раз. Впервые такое было с ним осенью, совсем недавно, когда он собирался пойти во второй класс. Вышел на крылечко – и увидел лютики. Вот тогда – внезапно, неожиданно для самого – сложилось самое первое стихотворение.

И теперь, так же вдруг, появляется второе. Совсем другое. Страшное для самого себя. Молча, он выдохнул из переломанных ребер, из запекшихся губ последние слова, никем не услышанные: «Боль гремит в моем разбитом теле, это боль из черного огня. И чужая тетя у постели голосит уж горько про меня...».

Все. Конец. И кто-то милосердный, как будто поняв это, вновь прекратил его сознание на многие месяцы, и вновь хирурги госпиталя во время обходов молча стояли минуту у его койки, вертя в руках карточку, где уже выцветали чернила в первых записях о том, что мальчик Ваня Кондаков поступил сюда из партизанского отряда со множественными переломами костей, общим числом семьдесят два, без глаз, без руки – отрубленной...

Они не знали, что на самом деле «Ваню Кондакова»  зовут Саша Терехов, что такую партизанскую кличку дали ему, неживому, в партизанском отряде и – по соображениям конспирации – оставили, переправляя мальчика на Большую землю. Отрядом командовал Сергей Матвеевич Терехов, родной Сашин отец.

До того как Саша стал «Ваней Кондаковым», ничего особенного не было – восемь лет простого деревенского детства, с великими радостями, вроде пойманного пескаря, и непереносимыми обидами вроде отобранного яблока. В 40-м Саша пошел в первый класс в селе Знаменка, что на Орловщине.



 
Интересная статья? Поделись ей с другими:
Сообщения чата
Имя
Опрос: Как вы решаете проблемы со зрением?
 

Авторизация



Кто на сайте?

Сейчас на сайте находятся:
 54 гостей 
Просмотрено статей : 5787314
Индекс цитирования
Оценка качества сайта